Ева
Сквозь четыре расплавленных солнечных диска
Тянулась тяжелая нить
Стальных облаков.
В прохладе, недавно казавшейся близко,
Могла бы, наверно, ожить
Душа без оков.
Последние листья пылали, рыдая и плача,
Путь ветви собой проложили
До смерти ствола.
С терзаемой тенью судьба не могла быть иначе,
Понятья о внутреннем мире
Сгорают дотла.
В бессмысленном времени кончится существованье
Формы как сути вещей,
Занимающей место.
И тень, растворяясь, с собой унесет содержанье,
Не тронувши плоскость полей,
Оставшихся вместо.
Силуэты идеи и мысли скользили от света
Чужого, собой становясь
И другим отражая.
Рождалось в глубоком молчанье мученье ответа,
Меняя свою ипостась
Ожидания рая.
Не оставит пламени яркость в спокойствие теней,
Пока все крупицы золы
Не вымоет ветер.
На пустынной окраине жизни в отсутствии мнений
Страдания те же. Малы —
Лишь враждебные сети.
Тянулась тяжелая нить
Стальных облаков.
В прохладе, недавно казавшейся близко,
Могла бы, наверно, ожить
Душа без оков.
Последние листья пылали, рыдая и плача,
Путь ветви собой проложили
До смерти ствола.
С терзаемой тенью судьба не могла быть иначе,
Понятья о внутреннем мире
Сгорают дотла.
В бессмысленном времени кончится существованье
Формы как сути вещей,
Занимающей место.
И тень, растворяясь, с собой унесет содержанье,
Не тронувши плоскость полей,
Оставшихся вместо.
Силуэты идеи и мысли скользили от света
Чужого, собой становясь
И другим отражая.
Рождалось в глубоком молчанье мученье ответа,
Меняя свою ипостась
Ожидания рая.
Не оставит пламени яркость в спокойствие теней,
Пока все крупицы золы
Не вымоет ветер.
На пустынной окраине жизни в отсутствии мнений
Страдания те же. Малы —
Лишь враждебные сети.
